Архив рубрики «Тенденции рынка труда»

Рантье? Фрилансер? Дауншифтер!

Если карьера — уже не самое главное в жизни и решение бежать от душной суеты мегаполиса окрепло, остается сделать последний выбор: какая страна станет для вас домом на несколько месяцев или даже на несколько лет

«В свои 32 мои друзья выгладят на 40, здоровье ни к черту, нервы на пределе. Кому нужна эта статусность?» — вопрошает бывший менеджер крупного бюро переводов Максим, сидя в маленьком кафе курортного города Дахаб. Из 30 лет жизни последние пять он провел в Египте, после того как понял, что в рамках корпоративной культуры ему стало слишком тесно. А здесь, в Египте, Максим со своей подругой Настей работают дайвмастерами, иногда водят в горы туристов. В высокий сезон зарабатывают не меньше, чем в российской столице. Ребята абсолютно счастливы, год назад у них родился сын. «У меня есть все: семья, дом, море, чистый воздух и самое главное — свобода», — продолжает Максим. С каждым годом желающих приобщиться к такому образу жизни все больше. Журнал «РБК» составил рейтинг стран, наиболее популярных у наших дауншифтеров. Разумеется, подборка субъективна, но тем не менее дает представление о том, чем же они так привлекательны.

Есть ли жизнь под пальмой?

«Я дауншифтер, — представляется посетителям своих многочисленных сайтов Стелла Васильева, в прошлом успешный маркетолог с машиной, квартирой и шестизначной зарплатой. — Я уволилась с престижной должности и уехала из Москвы. Катаюсь на серфе и на кай-те, пишу, фотографирую. Иногда я работаю, но в основном как фрилансер». Английское downshift переводится как «включение пониженной передачи». Современный словарь дает и другую трактовку — «переходить с высокооплачиваемой, но связанной с чрезмерными нагрузками работы на более спокойную, хотя и низкооплачиваемую». И ни слова о географии!

Классический пример дауншифтинга приводит президент портала Superjob.ru Алексей Захаров: «Однажды мы сидели с приятелем в хорошем ресторане, и нас просто шикарно обслуживала молодая женщина. Уходя, мы сделали ей комплимент: «Наташа, быть вам точно директором ресторана». На что она, иронично улыбнувшись, ответила: «Я там уже была, спасибо, больше не надо!» Вот это в чистом виде дауншифтинг — когда человек поднялся до определенной высоты, а потом спустился».

В более широком смысле это отказ от прежних ценностей, зачастую навязанных окружающим социумом, и поиски собственного уникального пути развития. И этот путь вовсе не обязательно ведет за границу. Кто-то вместо жарких стран выбирает российскую глубинку и возделывает грядки, другие уходят в монастырь. Есть люди, которые вообще никуда не уезжают, а просто меняют привычный уклад, например бросают бизнес и становятся преподавателями, потому что нести свет знаний им гораздо приятнее, нежели вести деловые переговоры.

Так что классическое представление наших соотечественников о дауншифтерах как о новоявленных рантье, которые сдают квартиры в Москве и на эти деньги путешествуют или просто прожигают жизнь где-нибудь на берегу океана, ошибочно. Хотя никто не мешает поступить и так, если есть возможность. По данным компании «Инком-Недвижимость», в пределах Третьего транспортного кольца цены на жилье начинаются в среднем от 31 тыс. рублей в месяц за однокомнатную квартиру экономкласса и от 46,8 тыс. за «однушку» в бизнес-сегменте. «Свежий ремонт, наличие мебели и бытовой техники могут увеличить стоимость найма жилья на 20-30%», — говорит руководитель управления аренды квартир компании «Инком-Недвижимость» Галина Киселева. При этом в Египте снять жилье с видом на море можно за 300 долларов в месяц (включая счета за газ, электричество и воду), а в 10 минутах ходьбы от пляжа и вовсе реально найти предложения по 150-200 долларов. Аналогичная ситуация и в странах Южной и Юго-Восточной Азии. Оставшихся 700-800 долларов вполне хватит на комфортное существование. И работу можно выбирать исключительно по зову сердца.

В кризис, кстати, уезжали многие. По наблюдениям психолога, бизнес-тренера и специалиста по развитию карьеры Марии Шуваловой, пик пришелся на 2009-2010 годы. Переселялись не в поисках смысла жизни, а именно потому, что пережидать экономические бури за морями было выгоднее, чем в крупных российских городах.

Ветер перемен

«На моих глазах многие спились или плотно сели на наркотики», — вспоминает главный редактор Бюро переводов Брянск Денис Тыкулов, оказавшийся в Таиланде как раз из-за кризиса. Попав под сокращение, он решил не искать сразу новую работу. «Все здесь надоело, хотелось отдыха», — лаконично объясняет Денис свое решение. Место будущей дислокации значения не имело, главное — чтобы встретили и помогли обустроиться на первых порах. Пособия, полученного при увольнении, хватило на несколько месяцев путешествий по стране. Затем Денис перебрался в Чиангмай и нашел удаленную работу. Фриланс, кстати, приносил доход, сопоставимый с прежним окладом. Через два года тайской жизни Денис снова оказался в Москве. Причины возвращения просты: «Устал от амебного состояния». А новый интересный проект на родине требовал постоянного присутствия. Но если бы появилась возможность профессионального развития на местном рынке, он мог бы остаться, признается Денис. И не исключает, что года через два снова захочет отдохнуть таким образом.

Свободная жизнь затягивает, и, вкусив ее однажды, отказаться трудно. А иной раз и не нужно. «Есть масса специалистов, которые достигают такого уровня, что у них на порядок возрастают зарплатные ожидания. И они понимают, что им выгоднее продавать себя на свободном рынке, а не быть внутри какой-то организационной структуры», — рассказывает Мария Шувалова.

Число фрилансеров постепенно растет, отмечают специалисты, но пока они составляют не более 1% от всего российского рынка труда. И среди них доля обосновавшихся за пределами родины, по данным проекта Free-lance.ru, также порядка 1%. Но тенденция к росту наблюдается и здесь. «Если семь лет назад я знал, может быть, одного-двух фрилансеров, то сейчас это десятки и сотни людей. У нас в штате работал дизайнер из Эквадора — гражданин России», — говорит основатель и генеральный директор проекта Free-lance.ru Василий Воропаев. В каких же странах жизнь «затягивает» сильнее всего?

К морю!

Критерии, по которым россияне выбирают «чужие края», просты. Для кого-то главное — чтобы было тепло и рядом плескалось море. Ну и, конечно, важна цена вопроса — стоимость проживания. Некоторых заботит близость к дому — вдруг придется вернуться на некоторое время. Однако, судя по тому, что наши люди добрались уже до Америки, этот фактор учитывается в самую последнюю очередь. По всем перечисленным параметрам идеально подходит Египет: и лететь относительно недалеко, и жить дешево, и тепло круглый год. Туристическая виза, как известно, выдается прямо на границе по прибытии за 15 долларов и действует в течение месяца. По ней, просроченной, большинство и живет, потому что получить годовую визу, а тем более вид на жительство для россиян там затруднительно. Благо штраф за нарушение режима пребывания — всего 25 долларов -взимается при выезде из страны, после чего никто не запрещает въезжать в нее снова. Тем, кто решил обосноваться на побережье Красного моря, не помешает разобраться в особенностях местного менталитета. Египтяне не преминут задрать цены, если поймут, что иностранец не знает реального положения вещей. Если удастся стать своим, на все про все будет хватать 700 долларов в месяц, в противном случае сумма может вырасти в разы. Для россиян, пожалуй, существенным минусом пребывания в Стране пирамид может стать… большое число живущих там соотечественников, от которых, собственно, так хотелось убежать.

С Египтом соперничает Южная и Юго-Восточная Азия. Самый существенный недостаток данного направления — долгий перелет. Зато население азиатских стран в целом очень благожелательное (хотя и не упустит случая облапошить доверчивого иностранца). Средняя стоимость жизни здесь колеблется от 700 до 1200 долларов в месяц. Поначалу наших сограждан привлек индийский штат Гоа. Но в последние годы власти Индии стали строже относиться к приезжим, нарушающим правила пребывания в стране, и дауншифтеры из России потянулись в более приветливый Тай, где они могут жить без визы до 30 дней. А остаться на полгода можно, обратившись в консульство Таиланда и заплатив 50 долларов. Затем придется выехать в какое-нибудь соседнее государство и сразу же вернуться. Все эти сложности окупаются относительно низкими ценами: за 200-300 долларов здесь можно арендовать квартиру и даже скромный дому моря, а прожиточный минимум составляет 400-500 долларов в месяц. Говорят, бывалые путешественники умудряются тратить в 2 раза меньше.

Еще дешевле обойдется проживание на Бали. В некоторых районах острова аренда небольшой виллы выльется в 150-200 долларов в месяц, а расходы на еду составят порядка 200-300 долларов. Затраты на Интернет, коммунальные услуги и прочие бытовые мелочи потребуют еще 200-400 долларов. Виза на месяц (с возможностью продления на 30 дней) стоит 25 долларов и выдается по прибытии. Можно заранее получить социальную визу на полгода за 165 долларов. Но она не дает права покидать пределы страны в течение данного срока, поэтому россияне предпочитают просто каждые два месяца выезжать с острова.

Конечно, ближе всего к России расположены страны Восточной Европы. И те, для кого этот фактор имеет значение, обычно выбирают Болгарию. Здесь вместо доллара уже царит евро, но все равно по сравнению с московскими цены выглядят вполне привлекательно. За 150 евро в месяц можно снять приличную одно- или двухкомнатную квартиру в небольшом городе, за 200-300 евро -в крупном областном центре. На питание уйдет примерно 150 евро в месяц. Еще порядка 100-150 евро — на связь и прочие расходы. Документы на визу в Болгарию надо подавать заранее, но проблем с ее получением обычно не возникает. Право на однократный въезд (не более чем на 90 дней) обойдется в 35 евро, но реализовать его можно в течение шести месяцев.

Искатели приключений, которым нет нужды хотя бы изредка наведываться в Россию, все чаще перебираются за океан. И даже сложные многочасовые перелеты с пересадкой где-нибудь в Европе их не пугают. Основной магнит — страны Латинской Америки. Стоимость проживания здесь сопоставима с южноазиатской. Так, например, в Эквадоре арендовать квартиру с двумя спальнями можно за 300-350 долларов. Минимум на питание — около 200 долларов в месяц, если, конечно, готовить дома. Безусловное преимущество Эквадора для россиян — то, что до 90 дней там можно находиться без визы. Потом можно продлить срок пребывания на три месяца, обратившись в местную иммиграционную службу. Но обычно практикуется все та же стандартная схема — выезд в соседнюю страну и возвращение. Схожие условия в Аргентине и Мексике. Существенный минус латиноамериканских стран — высокий уровень преступности в крупных городах и плохое знание английского у населения в провинции.

Передвижники. Часть 1

Россияне учатся жить там, где работают, а не работать там, где живут.

Движение — это жизнь. Впрочем, порой справедливым оказывается и частное следствие из этой аксиомы: чем активнее движение (изменения в карьере, рост заработной платы и другие признаки, сопровождающие трудовую миграцию), тем жизнь — лучше. Похоже, российские специалисты к перемещениям готовы. Причем не только в сторону «заповедной зоны», ограниченной московской кольцевой.

По данным портала Superjob, в марте 2011 года количество резюме с пометкой «Готов переехать в другой город» составило 17% от общего числа объявлений. В свою очередь, «рассматривают соискателей из других городов» 60% российских работодателей.

Очевидно, что готовность компаний принимать на работу приезжих напрямую зависит от экономической ситуации в стране. В период кризиса даже столичные работодатели, по традиции наиболее лояльные к мигрантам, проявляли непривычную сдержанность. Число вакансий, адресованных соискателям из регионов в разгар кризиса, снизилось в несколько раз.

Однако теперь все изменилось. По оценкам аналитиков Superjob, уже к марту 2011 года 72% московских работодателей готовы были взять на работу иногородних рабочих. Примерно столько же кандидатов приглашали работодатели в сферах ИТ (72%), строительства (71%), обслуживания и туризма (по 70%). При этом мигрантам труднее всего было рассчитывать в Москве на финансовые позиции (49%) и работу в кадровых службах (51%).

Подобная ситуация легко экстраполируется на другие миллион-ники. Вопросы прописки все меньше интересуют примерно каждую вторую компанию в большинстве крупных городов.

После второго кризиса, говорит Наталья Курантова, директор по продажам Kelly Services, в массе своей люди стали более легки на подъем. Возросшую социальную подвижность Курантова объясняет ростом амбиций, а также «неравномерным спросом на персонал вследствие различного экономического развития регионов».

При этом наиболее «гибкими» в вопросах трудоустройства, по оценкам Superjob, являются жители и без того демографически проблемного региона — Сибири.

Из Новосибирска не против уехать четверть кандидатов, а Омск готовы покинуть 36% специалистов. Складывающаяся ситуация уже ощутимо влияет на обострение кадрового голода в этих городах. Не случайно 70% работодателей Омска, в свою очередь, готовы брать на работу приезжих.

По оценке Superjob, самыми мобильными кандидатами рынка труда являются специалисты в области стратегического развития и консалтинга, а также строительства и производственной отрасли. Они «выше географии». Тем временем самые пассивные на рынке труда — представители таких профессиональных сегментов, как «бытовое обслуживание», «образование», «административная работа» и «кад ры». Что, вообще-то, неудивительно. Как правило, в этих сферах задействованы представительницы прекрасного пола, куда более консервативные по части жизненных перемен и уж тем более переезда в другой регион.

В Kelly Services считают, что уровень трудовой мобильности россиян уже вполне соответствует глобальным тенденциям. Согласно цифрам международного опроса, проведенного компанией в сентябре-декабре 2010 года (российская выборка составила 7 500 человек), в общей сложности сменить место жительства готовы три четверти граждан РФ. При этом к свободному перемещению по России готовы 9% россиян, 6% согласны переехать в соседнюю область, 14% — не дальше ближайшего крупного города. Но куда интереснее другие цифры. Еще большее число россиян (прежде всего, представители поколения Y) предпочло бы на время сменить… страну (32%) и даже континент (15%).

Что сдерживает мобильность россиян? У представителей кадровых агентств есть ответы: традиционная привязанность к семье и друзьям (по этому признаку мы больше всего «похожи» на норвежцев), родному языку (как венгры), а также — высокие затраты на переезд (в чем мы похожи на британцев и американцев) и культурные особенности страны (в последнем случае россияне очень напоминают китайцев). При этом переезд в другую страну в нашей стране все еще воспринимается как «профессиональный вызов», а не банальная смена места жительства.

По понятным причинам наименее склонны к перемещениям по стране с целью поиска работы москвичи. По данным экспертов Superjob, ныне доля жителей столицы в общем пуле «мобильных» кандидатов не превышает 9%.

«Московские специалисты с точки зрения географии своей карьеры, к сожалению, менее подвижны, чем, например, их западные коллеги», — подтверждает директор по персоналу компании «Рено Тракс Восток» Татьяна Боулинг. Специфика деятельности (грузоперевозки) вынудила компанию сформировать в течение нескольких лет программу внутренней мобильности персонала. Результаты уже есть. Глобальная структура бизнеса позволяет менеджерам поработать не только в Москве, но и в регионах России, а также за рубежом. Однако в общении с сотрудниками отдел кадров выяснил, что даже перспективу переехать в другую страну с гарантированной должностью в одном из зарубежных отделений москвичи не всегда воспринимают с энтузиазмом. «Их гораздо больше волнуют стабильность и близость к дому, а не карьерные перспективы и новые горизонты, требующие переезда в другие регионы», — подчеркивает Боулинг.

Впрочем, эксперты прогнозируют: степень привязанности к «родному дому» постепенно будет ослабевать. В том числе эта тенденция коснется и москвичей. По крайней мере, за последние полгода, по данным Superjob, количество столичных жителей, считающих возможным работать в другой географической точке, возросло на 1%. «Не секрет, что мегаполис не является комфортным местом для жизни», — называет одну из причин отъезда московских специалистов Наталья Курантова (Kelly Services).

Продолжение читайте в части 2.